«… – Ирина, – прошептал он, обращаясь к героине, – у этого человека большая душа!На моих глазах выступили слезы.Я вообще очень чувствителен и не могу видеть равнодушно, даже если на моих глазах режут человека. …»...

«… – Знаем мы этот отдых.– Заработался я.– Знаю, как ты заработался! Будешь там за всеми дачницами волочиться.Писатель Маргаритов сделал серьезное лицо, но потом махнул рукой и беззаботно засмеялся.– А ей-богу же, буду волочиться. Чего мне! …»...

«… – Что вам нужно?– Ой, господин доктор, – ответил он с примесью мрачного юмора, почти всегда характеризующего бедных евреев. – Что мне нужно… Вы спросите – чего мне нужно… Мне все нужно. Но пока, если на минуточку отбросить все остальное – так мне нужно доктора.– Заболел кто-нибудь?– Нет. Но жена сегодня, кажется, не прочь родить. …»...

«… Имеете вы, хоть слабое, представление о функциях расторопной русской полиции?Попробуйте хоть полчаса посидеть в душной, пропитанной промозглым запахом канцелярии участка. Это так интересно…»...

«… – Вот это хозяйка, – шепнул мне Плешаков.– Позвольте представиться! – сказал я, улыбаясь. – Прошу любить да жаловать. Я страшно извиняюсь за немного бестактное, так сказать… Это вторжение очень напоминает человека, который рыбу ест ножом. Впрочем, к чему эти светские условности, не так ли? Ах, сударыня… Все на свете проходит, и через сто лет, вероятно, никого ...